Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Хлебников, Велимир, будетлянин

идеи для продвижения

Выход из суперкризиса: удвоение глобалистов

популярная статья для распространения в развитие постов
мир после глобализации   и   двойная глобализация


Тройная столица: Нижний Новгород - Чебоксары - Казань

популярная статья для распространения в развитие постов по тэгу столица

+ Прогнозы на 2020-е годы
Хлебников, Велимир, будетлянин

Лимонов, Д'Аннунцио и Хлебников

встречался ли кому-нибудь некролог Эдуарду Лимонову, в котором бы отмечалось, что покойный был русским "исконным фашистом" именно в духе Д'Аннунцио и Республики Фиуме?

P. S.
а вот и сам быстро нашёл:
"7 ролевых моделей Эдуарда Лимонова" (Д'Аннунцио ролевая модель №2)

что ж, среди кумиров Лимонова упомянут и Хлебников

(так-то Савенко-Лимонов из Харькова, с которым в жизни Хлебникова многое связано; оказывается, Лимонов лежал прямо в той психушке, в которой Хлебников скрывался от призыва в Белую армию)

любовь Лимонова к Хлебникову объяснима с закрытыми глазами: у Хлебникова, помимо прочего, в совокупном творчестве очень много "духовной пищи для некрофила": очень много исторических битв и поэзии смерти на любой лад — я думаю, что Лимонова привлекало именно это

а откуда у Хлебникова так много темы смерти, и именно смерти военно-исторической? — а он в 19 лет поклялся разгадать механизм истории, приводящий к войнам и массовым смертям людей, чтобы предотвратить их — Хлебников всю жизнь "воевал с войной" и пытался придумать как победить смерть, хотя бы как смерть массовую и скоропостижную: от войн, голода, болезней

и именно поэтому он вычисляет закономерности повторения войн, одновременно сочиняя прозу и стихи об исторических правителях и знаковых битвах — погружаясь в явление, КОТОРОЕ ОН СЧИТАЕТ СВОИМ ЗЛЕЙШИМ ВРАГОМ ВСЕЙ ЖИЗНИ, всеми доступными способами: исторически, математически, литературно, на уровне народов и на уровне отдельных личностей — правителей и простолюдинов, на уровне классов и на уровне солнечно-земной биофизики (которую Чижевский откроет в 1920-е годы)

Хлебников "любил смерть" с полной включённостью и погружением естествоиспытателя и учёного-медика, желающего найти на неё управу

Лимонов же — разносчик смерти, подобострастно упивающийся ею

антиХлебников


вообще на симпатию к Лимонову и нацболам я смотрю как на "прогиб перед некрофилом" — типа, нестоек к обаянию человека, который убивал, любит убивать людей, хочет убивать людей (как интеллигент-подстрекатель в первую очередь), отчего производит эдакое гипнотическое впечатление на подсознательном уровне, своей как бы "внутренней свободой" — свободой озверевшего полудикаря (но умеющего управлять своим состоянием озверения)

ах, да, ещё есть такой ореол "крутых парней": типа, все оппозиционеры боятся бороться, а вот нацболы по тюрьмам сидят, НАСТОЯЩИЕ

так вот, нет, не настоящие — а умом нестойкие

потратившие себя на остренькое развлечение "безумному писателю"

Хлебников, Велимир, будетлянин

"Одна книга сказала." О доверии к источникам

есть такое выражение "одна бабка сказала", указывающее на ненадёжность источника некоторой информации

между тем "бабка" — это ведь ещё и старейшина племени, т.е. в более раннюю эпоху — это наиболее надёжный источник информации, какой только доступен человеку! источник настолько авторитетный, что даже нет нужды указывать, какая именно бабка сказала, достаточно просто того, что она бабка

вот я мечтаю о скорейшем наступлении того времени, когда так же пренебрежительно начнёт звучать "одна книга сказала", "одна школа сказала" и даже "одна наука сказала" — но в данном случае ещё и со смысловым ударением на слово "одна"

потому что точное знание по определению не может быть получено из одной книги, или в рамках только одной школы, или с помощью методов только одной науки! такая кусочная учёность хороша только на фоне тех самых бабок

например, есть такой независимый исследователь, историк-ревизионист Андрей Степаненко chispa1707 https://scan1707.blogspot.com, который делает простую вещь: он собрал базы данных с датами и описаниями как можно большего количества исторических событий (десятки и сотни тысяч записей по разным темам: стихийные бедствия, войны, изобретения, право разных стран...), после чего провёл их перекрёстный статистический анализ, обнаружив массу аномалий (дубликатов, сдвигов, нарушений логики) — сделал он всё это по той простой причине, что интернет, оцифровка книг, эксель и многолетнее трудолюбие позволяют ему сделать это, тогда как у историков прошлого ни такого быстрого доступа к данным, ни таких возможностей для анализа этих данных не было никогда раньше

дальше Степаненко осмысливает открывшуюся ему картину (политически мотивированных исторических подлогов), желая восстановить достоверную историю человечества, и делится выводами, шокирующими всех, кто знает историю или со школы, или по книгам исследователей, которые не осуществляли такого тотального статистического анализа

и вот здесь вот главный вопрос не в том, может ли Степаненко ошибаться в своих реконструкциях? да, конечно, может (хотя он занимается этим не один, у него много сетевых помощников — целое сообщество энтузиастов, которые делают за учёных-историков их работу, потому что учёные-историки как бы наотрез отказываются использовать современные возможности для сравнительного анализа данных)

главный вопрос в том, что после того, как Степаненко своим примером указал на то, что появилась техническая возможность СНАЧАЛА сводить датированные факты о прошлом в базу данных и визуализировать их таким образом, чтобы видеть общую картину известно-неизвестного, логических провалов и т.п., то автоматически оказываются ПОД ВОПРОСОМ ВСЕ ИССЛЕДОВАНИЯ, КОТОРЫЕ ЧЕРЕЗ ЭТУ ПРОЦЕДУРУ НЕ ПРОХОДИЛИ

то есть не выводы Степаненко — под вопросом, потому что в школе рассказывали другое, и все учёные-историки пишут другое

а всё, что до сих пор исследовали все остальные, — в карантин, потому что Степаненко, грубо говоря, построил "микроскоп" и открыл способ наблюдать инфекции, о существовании которых остальные историки могли, конечно, подозревать, но наверняка не знали — инструмента не было!

никакой отдельно взятый письменный источник больше не может быть аргументом, если на него не посмотрели в контексте всего массива письменных источников по этой эпохе и по этой теме, например — раньше такого требования не могло быть, потому что такой проверки технически не могло быть, а теперь она технически возможна, значит, обязательна

и вот меня вымораживает, что люди этого не понимают!

что просто книги, просто артефакты и просто научные школы в исторической науке проблематизированы все до единой, и они должны пройти через такую сравнительную проверку массивов своих источников, чтобы вернуть к себе доверие

вместо этого почему-то недоверие вызывает Степаненко, хотя, повторюсь, он велик вовсе не содержанием своих собственных теорий, а ПОКАЗАННОЙ ТЕХНОЛОГИЕЙ РАБОТЫ С ДАННЫМИ, которой все остальные историки не пользовались и тупо не пользуются — и только поэтому безусловного доверия всем остальным историкам "после Степаненко" быть уже не может

(и то же самое происходит сейчас в других отраслях знаний: не может быть экономиста, который бы не вписывал свои построения в межмасштабную модель всей мировой экономики как у Дорошко и Самариной, не может быть физика, который бы не соотносил модель изучаемого им явления с размерной масштабной волной Сергея Сухоноса, задающей структуру Вселенной, ну, и наша трактовочная сеть Суздаль — как метаобобщение всех подобных переходов от предметных наук к вписанию любого частного знания в сетевое единое знание... я изобрёл сеть, которая изначально предназначена для такого способа перекрёстной верификации всех помещаемых в неё знаний как базового)

Хлебников, Велимир, будетлянин

стихотворение "Скифы" Александра Блока

раз по стечению обстоятельств снова актуальны "Скифы" Александра Блока...

я было начал писать пространный пост о преимуществах исполнения Кургиняна/Подкопаевой, в котором стих не почтительно пересказывается, а предъявляется интегральный образ, и можно (при желании) явственно увидеть всю слабость смысла стихотворения Блока! потом я ещё раз пересмотрел выступление Подкопаевой, стёр весь текст с пространными объяснениями и решил оставить только подсказку — может быть, сами увидите, если не видели раньше

смысл "Скифов" — это уровень дискурса пьяного Порошенко, над которым все ржут, потому что его спичрайтеры не владеют слогом как Блок, а он сам не владеет актёрским мастерством как Подкопаева, но это именно ОНО

лирический герой рассказывает как веками останавливал "бурятскую бронетанковую милицию", клянчит у Европы безвиз, угрожает (!) сныкаться в леса (!!) и пропустить "бурятскую бронетанковую милицию" ураганить, чтобы европеец шкурой понял, какой у него ценный защитничек, но лучше до этого не доводить, ой, лучше не доводить, потому что европейцы на том все и кончатся...

единственная разница: у Блока такого рода дискурс сопровождается проговариванием "я азиат, я азиат", а Порошенко при точно таком же дискурсе всем видом показывает, что он азиат, но словами не проговаривает

послушайте, другие исполнения "Скифов" отвлекают от сути своего рода "почтением к классике": ну, это же Блок, это что-то возвышенное такое, надо выдумываться...


читает Василий Качалов


читает Борис Ветров


читает Мария Подкопаева,
из спектакля Сергея Кургиняна "Стенограмма"



...а прочтение Кургиняна/Подкопаевой не "пересказывает стихотворение" с почтением, а предъявляет всю его неприглядную простоту и ничтожество уровня детской капризной истерики!

азиатской рожей они обернутся! широко расступятся по дебрям и лесам!

так что очень хороший театр у Кургиняна, подлинное передовое искусство
— сами не всегда понимают, ЧТО показывают, но показывают глубоко

(про тех, например, сутевцев, которым кажется, что Блок выразил "самую суть истории России", я промолчал)

Хлебников, Велимир, будетлянин

Александр Сергеевич Пушкин

Восприятие Пушкина сильно искажено невозможностью для рядового человека понять историческую обстановку (впрочем, тоже передаваемую историками с искажениями) и, главное, мироощущение такого рода людей. Считаю, что пушкинистика своей восторженной тупостью нанесла огромный ущерб русской культуре.

Только два факта: мы считаем Пушкина патриотом, и мы считаем, что фактический основатель великой русской литературы трагически погиб во цвете лет, полностью не реализовавшись. Такое начало задаёт тон всей русской литературе, оказывает огромное влияние на русскую культуру вообще, в которой литература занимает стержневое место.

Однако нормальное расследование обстоятельств жизни Пушкина, установление его взаимоотношений с государственными деятелями, отслеживание перемещений по стране и их объяснений, обстоятельства "смерти" и поведение его близких людей после смерти позволяют исследователям восстановить более убедительную картину.

Я не буду приводить аргументов, потому что их лучше отыскать и проверить самостоятельно, чем в моём пересказе, — я поделюсь сразу общим выводом, потому что часто люди, не готовые принять вывод, не желают принимать и никаких аргументов и отрицают факты, вынуждающие их прийти к неприятному для них выводу. Поэтому сначала надо свыкнуться с мыслью, что нечто казавшееся известным таким не является, а уже потом разбираться, что и почему?

Так вот Пушкин принадлежал к кругу высокопоставленных государственных деятелей эпохи Николая I, которые Российскую Империю создавали. При этом как и вся высшая аристократия той эпохи сам Пушкин был интернационален: родными для него были европейские языки и европейская культура (и не удивлюсь, что лицейская кличка "француз" у него была потому, что он был французом этническим, а не просто за "успехи во французском языке"), а Россия была интересна тем, что здесь он мог сам создавать национальную культуру дикарям, сам строить империю и участвовать на её стороне в европейской политике. Иными словами, Россия была для аристократа-Пушкина ВЫГОДНЫМ ЛИЧНЫМ ПРЕДПРИЯТИЕМ, на которое он подписался, имея все возможности присягнуть какому-нибудь другому европейскому монарху и служить там.

Поэтому когда Пушкин разливается в стихах любовью к России, выстраивает в своих текстах историческую мифологию России — это он делает ДЛЯ НАС, для читателей, наставляет и взращивает нужные императору кадры. А то у нас считается, что Пушкин был "сам себе на уме", "бедный дворянин", в литературе самовыражался, а потом — бах! — и сугубо от полной гениальности стал основателем русской литературы, а в архивы писать исторические романы, или подавать произведения на личную цензуру императору, или жить в одном доме с главой императорской службы безопасности (зацените статус дома!) — это всё так!

Но Пушкин по литературной линии именно служил. И потому писал под государственные задачи: Петра Великого нужно представить таким, Пугачёва нужно представить таким, Годунова нужно представить таким. Никакой правды: своих — обеляем, чужих — очерняем. Да, Пушкин этим занимался, будучи первоклассным интеллектуалом и художественным гением. Но он, повторяю, был общеевропейским аристократом на службе у развивающейся монархии второго ряда, где ядро национальной культуры сочинять давали.

Так что его патриотизм принципиально другого сорта, чем патриотизм, который он в читателях воспитывает. Патриотизм хозяина, если не страны (хозяин страны тоже был — император), то её литературы и истории, в каковом положении большинство его читателей не бывали и быть не могли.

И именно поэтому, когда служба российскому императору стала сковывающей и бесперспективной, то Пушкин вместе со своим лучшим другом и без пяти минут родственником (собирающимся жениться на сестре его жены) Дантесом и с другим своим лучшим другом Жуковским провернули аферу с побегом из России под видом смерти на дуэли. Дело в том, что Пушкин по своему уровню неизбежно был посвящён в государственные тайны и опасался, что так просто император его из России не отпустит. Поэтому он разыграл дуэль и убёг в не менее родную и более первоклассную Францию, где вскоре к нему присоединились и Дантес с Гончаровыми.

А он продолжил заниматься своим ремеслом уже для великой французской литературы. Среди прочего после смерти Николая I приезжал под новым именем в Россию, посещал "пушкинские места" и виделся со "знавшими лично Пушкина людьми" якобы под предлогом интереса к великому русскому писателю. Конечно, переводил произведения Пушкина на французский язык. Написал на французском языке роман о декабристах, показав блестящее владение темой, подозрительное для постороннего француза. Считается одним из классиков французской литературы первого ряда, т.е. и во Франции также не затерялся.

Пушкинисты десятилетиями в упор смотрели на те же факты, пережёвывали и пересказывали "мистические странности пушкинской биографии", повторяли запущенные для прикрытия командировок байки про "опального поэта, сосланного в деревню", реально служившего в это время императору, и "никогда не выезжавшего за границу" международного аристократа-авантюриста, вторую половину жизни проведшего за границей полностью (и ещё, повторюсь: а не являлась ли Франция его первой родиной? не был ли он по рождению французом, а русским "сделал себя сам"?).

Из-за отборной тупости пушкинистов мы должны тоскливо считать, что "Солнце русской поэзии закатилось", что энергичного Пушкина успешно держали в империи на привязи, а его яркий гений был как бы не востребован государством (когда на деле он это государство и лепил вместе с Николаем I, Бенкендорфом и другими соседями по элитнейшему столичному кварталу). Поколения интеллигентов выводили различные ублюдочные следствия из этой давным-давно потерявшей свою актуальность для участников легенды прикрытия.

Кстати, мнимая смерть Пушкина, как известно, дала старт поэтической карьере другого большого писателя Михаила Лермонтова, ещё скоропостижнее также погибшего на дуэли. Так вот у этого Лермонтова две проблемы: во-первых, не удаётся доказать, что его произведения принадлежат руке одного и того же человека, во-вторых, не удаётся доказать, что он физически существовал в природе.

Понятное дело, это, ну, никак не умаляет литературной ценности произведений (группы авторов, создавших эту мистификацию), однако это подчёркивает принципиальную разницу между ТОЙ интеллигенцией и этой интеллигенцией: ТА — диктовала книгам свою волю, эта — черпает свою волю из книг.

Те аристократы воспринимали себя равными деловыми партнёрами империй, запросто могли из правителя независимого государства, проигравшего войну, каковым был Емельян Пугачёв, вылепить неграмотного бунтовщика и скормить это нижним аристократам — они были победителями, писавшими историю. Их потомки дрожащими руками теребят книжки и неспособны даже допустить мысли, что с книжками нужно быть начеку. Или что одарённому создателю национальной литературы может надоесть его провинциальное начальство, и он может инсценировать смерть ради смены империи на более престижную.

И прожить долгую жизнь полную приключений, полностью реализовавшись в литературе на двух великих языках.

Какой могла быть русская культура, если бы правда о Пушкине была раскрыта раньше, чем официальная легенда прикрытия попала в массовые советские учебники как "историческая реальность"? или — раньше, чем сформировались поэты серебрянного века?

Только футуристы чувствовали неладное и попали в точку со своим "сбросить Пушкина и Толстого с корабля современности"! Они не знали, что Пушкин — успешный международный авантюрист с фальшиво трагической биографией, но правильно понимали, что надо не пользоваться пушкинской культурой, а делать новую культуру самим. В первую очередь, чтобы не быть потребителями культуры, а стать в позицию хозяев и творцов культуры — в ту позицию, в которой изначально находился сам Пушкин. Художественное мастерство — второй вопрос, но есть ещё положение и соответствующее этому положению мировоззрение.

Ну, а сейчас у нас имеется, например, движение (сторонников Концепции Общественной Безопасности), которое считает Пушкина "Пророком Русской цивилизации" и создаёт целый корпус "богословской" литературы, основывающейся на произведениях Пушкина как "священных текстах", нуждающихся в толковании подобно Библии или Корану. Ходят слухи, что это движение как-то связано с Федеральной Службой Безопасности РФ. Мне кажется, это очень символично, что современные любители идеологических спецопераций на роль Пророка для своих толкований выбрали автора, также профессионально занимавшегося идеологическими спецоперациями всю жизнь... Вот только Францию любившего при этом никак не меньше, чем Россию. Такой вот забавный получился у них Пророк: после мнимой смерти "вознёсся" во Францию и как ни в чём ни бывало продолжил гениально писать там, продолжая активно жить общеевропейскими событиями и проблемами.

Хлебников, Велимир, будетлянин

если будетлян цитируют в научной фантастике - накажи

собираюсь написать важный пост "про технократию", к которому меня подтолкнуло вот это вот цитирование автором gest текстов времён Института Коммунизма, применённых им для разработки художественного мира некоего "научно-фантастического сеттинга" (?)

вообще будетлянам следует щепетильно относиться к тому, кто и как цитирует или копирует их обрывочные идеи; строго говоря, как звери обычно не используют на свой лад человеческую технику, а просто её не понимают или не замечают, так и земляне не должны бы использовать на свой лад фрагменты будетлянского именно мышления за исключением тех случаев, когда их переучивают в будетлян; то есть для землянина захотеть и воспользоваться какими-то частями будетлянского дискурса (несмотря на его открытость и свободное распространение), и при этом остаться землянином, должно быть почти невозможно; если что-то такое начинает происходить, на это нужно реагировать и совершенствовать будетлянский дискурс, чтобы подобная охота у землян отпала

дело в том, что мы никак не сможем дополнительно охранять свои информационные элементы от применения землянами не по назначению, кроме их смысловой непонятности и неприменимости в жизни землян; легко же могут появиться фейки, которые будут называть себя "будетлянами", произносить и рисовать ещё какие-то атрибуты будетлянства, но при этом творить обычную землянскую дичь — и мы всегда должны держать такую смысловую дистанцию, чтобы, во-первых, именно будетлянские фейки делать никому из землян не пришло в голову, а во-вторых, даже если кому-то пришло, то у него было получалось нечто практически неспутываемое с настоящими будетлянами даже другими землянами (т.е. фейк выглядел годным только в больном воображении самого фейкодела); ну, и среди прочего пытающимся подделываться под будетлян даже без такого умысла, даже нечаянно, надо давать по мозгам, точнее, давать по недоделанному мировоззрению с превышающей силой, дабы неповадно было "забавляться": либо ты изучаешь будетлянство всерьёз и становишься одним из нас, либо ты землянин, так и живи как землянин, а под будетлянина не прикидывайся даже отдельными атрибутами

итак, вот этот пусть отдалённый риск запятнания высоких будетлянских идей в примитивной землянской возне произошёл из сетевого научно-фантастического творчества gest и его компании; значит, бить надо не по конкретным поступкам и не по конкретным их авторам, а по роду их деятельности как таковому — по вот этому вот художественному сочинительству как таковому

я давний идейный нелюбитель научной фантастики; основание простое: либо ты сильный мыслитель и действительно что-то понимаешь про будущее, но тогда ты обладатель преимущества перед современниками, и зачем "писать сочинения" - пиши прямо научные монографии или политические манифесты? либо ты слабый мыслитель, устроившийся в богадельню для таких же калек — научную фантастику (разумеется, исключения, когда ты реально великий учёный как Генрих Альтшуллер, но тебе просто запретили везде официально работать, и ты вынужден писать как бы фантастические книжки под псевдонимом, т.е. вынужден пристроиться среди калек по житейским обстоятельствам, не считаются); хотя большая часть научной фантастики является или теми же магическими сказками в как бы научно-технических одеждах, либо является современной политической пропагандой в как бы научно-технических одеждах — обособление оттуда фэнтези и постмодернистской сатиры есть проявление честности; словом, для меня научная фантастика — это "помойный жанр", к которому лучше бы и не прикасаться (хотя в детстве я читал несколько книжек как классических типа Герберта Уэллса, так и современных типа подросткового многосерийного трэша); разумеется, "помойными жанрами" являются и фэнтези с постмодернистской сатирой (хотя и из фэнтези я читал в юности чуть-чуть)

это моё личное отношение, которым я руководствуюсь для себя самого, и можете судить, что при таком отношении выросло, как говорится; при этом у меня есть друзья, чьи отношения с научной фантастикой иные, и они даже вроде как извлекают из этого какую-то пользу; хотя я допускаю, что без чтения научной фантастики им думалось бы только лучше, а не хуже

так что научно-фантастический "сеттинг" (?) с коллективной сетевой проработкой мира и персонажей — это просто "свальный грех" :) это мне напоминает известный аргумент в пользу курения и пьянства: что некурящий и непьющий плохо социализируется, потому что его в повально курящем и пьющем обществе ни в какую компанию не берут; я собственно ещё и некурящий, и непьющий, и поэтому, да, ни с какими такими компаниями никогда не ходил; опять-таки, ну, давайте сравним, что из кого выросло, и нужна ли социализация с такими людьми такой ценой? соответственно, художественная литература — это чистой воды "интеллектуальный алкоголизм", если и активизирующий мысль, то болезненным, изуродованным способом

Collapse )

(продолжение следует)

Хлебников, Велимир, будетлянин

В11. ЧТО НЕОБХОДИМО ЗНАТЬ О ПУШКИНЕ - 11

velikotvorwik: я вижу в этом посте, прежде всего, средоточие взгляда на мир Дмитрия Галковского с его русско-европейскостью, гуманитарностью, элитаризмом и геймификацией; считать это повествование познавательным насчёт реальности нужно с большой осторожностью: во-первых, Галковский, изучая биографию Пушкина, не увидел, что Пушкин — натуральный француз, крупный разведчик, под видом "ссылок" выезжавший на задания в Европу, в том числе для участия во Французской революции 1830 года (а вовсе не "невыездной"), а его дуэль была мистификацией для побега с императорской службы во Францию, где он продолжил трудиться под именем Александра Дюма и стал ещё и столпом французской литературы (в том числе "переводил Пушкина на французский язык") — то есть "пушкинист Галковский" в упор не видит, что весь трагизм судьбы Пушкина ФИКТИВЕН, это легенда прикрытия, а перед нами блестящий международный, но в первую очередь чисто европейский, интеллектуал и авантюрист, которого никакие неурядицы не сломили и раньше срока не сгубили, и который всех переиграл, прожил долго и припеваючи, талант раскрыв полностью, сформировав среди прочего литературный язык России и исторические мифологии России и Франции; и сделал он всё это именно потому, что русским не был вообще, а был из семьи добротных европейских захватчиков, приехавших покорять Дикий Восток, выправивших себе местные биографии, имевших возможность по статусу отдать отпрыска в элитное учебное заведение для формирование колониальной администрации и т.п.; тут Галковский мимо реальности промахнулся принципиально: он ведь позиционирует себя знатоком Запада, "понимающим", но Пушкина не раскусывает, хотя это краеугольный камень соотношения русскости и европейскости: Пушкин это выправлявший русским туземную культуру Человек (как любят говорить фанаты Галковского), т.е. прямо европеец из европейцев, которому одинаково что историю захваченной Романовыми России сочинять-редактировать, что французскую, что русским великим писателем становиться, что французским! а русские-туземцы не могут стать "как европейцы", идя за Пушкиным, потому что, идя за Пушкиным, они принимают роль туземцев, которым Люди выправили культуру; Людьми становятся, только развив более мощную культуру из себя, своим умом по своим идеалам, а потом засчёт превосходства в качестве победив "предыдущих Людей", и никак иначе; Галковский этот путь отвергает: раз славянство глупое и отсталое супротив европейцев, значит, только дурак будет настаивать на славянстве, а нормальные люди будут равняться на европейство — если ты хочешь быть "удобным и полезным туземцем", то это так; но если ты хочешь стать Равным и Человеком, то что тебе до удобства и полезности для европейцев? первое, чему ты должен научиться, это упорствовать в Своём, но также искать такого его развития, чтобы оно оставалось Своим и при этом оказалось ещё Лучшим-в-мире; и европейцы, и любая другая передовая культура, поднимавшаяся ранее (древние африканцы, например), проходила эту стадию, когда возникали Свои, которые мыслили качественнее, чем классики предыдущего передового региона мира и, тем более, чем подражатели классикам предыдущего передового региона, и приходило время, когда региональное своеобразие и объективное мировое первенство начинали совпадать друг с другом...


Оригинал взят у galkovsky в В11. ЧТО НЕОБХОДИМО ЗНАТЬ О ПУШКИНЕ - 11



Граф Хвостов.

XXII (Окончание)

Зачем было в Общество принимать Хвостова, никто из его членов объяснить не мог. Хвостов сам по себе был хорошим человеком и неплохим чиновником. Но он был сумасшедшим. Зачем было принимать в вольное (то есть частное) литературное общество (а до этого в Российскую академию и т.д.) человека, который своим существованием подрывал его устои и превращал участников в посмешище, объяснить невозможно. То есть аргументов была масса и все они по одиночке имели свой маленький резон, но за этими чахлыми деревцами вставал лес безумия. Литературный престиж Хвостова был ни на чем не основан, и даже наоборот, его деятельность этот престиж подрывала, что всем было очевидно. Всем кроме русских. Collapse )
Хлебников, Велимир, будетлянин

СТАТЬИ О СТРУГАЦКИХ из газеты "Суть Времени"

Наш путь (продолжение 9) - Сергей Кургинян

ЦИТАТА: Здесь же, в этой аудитории и в нынешней острейшей политической ситуации, я просто обязан сделать ответственное заявление, суть которого в том, что антиутопии Стругацких являются художественным оформлением аналитических документов, порождаемых спецпроектами, и имеют большую прогностическую силу потому, что речь идет не о прогнозах как таковых, а о знаниях по поводу будущего, полученных у делателей этого будущего.

Размежевание 2 - Мария Мамиконян

ЦИТАТА: Человек, ступивший на путь отторжения себе подобных, должен — сознательно или подсознательно, в индивидуальном порядке или в составе группы, исповедующей схожие взгляды — определить тот генеральный критерий, по которому опознается человек. Признак, отделяющий оного от «недочеловека».

Размежевание 3 - Мария Мамиконян

ЦИТАТА: Возьмем того же Станислава Лема. Тут тебе и литературное качество, и глубокие мысли (насколько зловещие — выяснилось потом), но нет главного — борьбы за коммунизм, героических деяний во славу коммунизма и гуманизма. Сегодня трудно понять, сколь велик был на это запрос в эпоху, когда появились Стругацкие. И как кому-то (теперь уже в целом ясно, кому) нужно было, чтобы этот запрос был удовлетворен провокационным, подрывным образом. И чтобы такой подрыв, такая провокация осуществлялись исподтишка, способствуя перерождению советско-коммунистических настроений, доминировавших в технократической молодежной среде той эпохи. Стругацкие блестяще справились с этой задачей.

Атака "Белого ферзя" - Олег Санников

ЦИТАТА: Многие говорили о гуманизме братьев Стругацких, об их любви к науке, о коммунистических идеалах и всем том прочем, что братья сами давно, как будет показано ниже, сдали в утиль. Об этом свидетельствуют и их произведения за чуть ли не последнюю треть века, и публицистика, и развернутые интервью.

Регрессоры - Сергей Кургинян

ЦИТАТА: Стругацкие – трубадуры спецслужб. И не просто спецслужб, а определенного «Комкона», в котором легко узнается Пятое идеологическое управление КГБ СССР. Об особой приверженности к Стругацким руководителей именно этого управления известно слишком многое. Цинично-элитарный спецслужбизм, вульгарный гностицизм, антигуманизм и расплевывание с собственной коммунистичностью – вот что такое братья Стругацкие.

Куда приплыли? - Мария Мамиконян

ЦИТАТА: Значит, что надо делать с совокупным социальным адресатом? Правильно! Надо продолжать говорить ему то, что для тебя уже является абсолютной ложью. И в эту ложь добавлять в необходимой дозировке… нет, не новую правду, а нечто разлагающее мозги этого самого научно-технического и прочего актива. Высокоморальная работа, не правда ли? А ведь тебе нужно как-то себя оправдывать, доказывая, что это совместимо с моралью. Источник таких оправданий очевиден — твердая уверенность окормителя в своем бесконечном превосходстве над окормляемыми. Именно это дает свободу маневра.

Элитарные «эпсилоны» - Юлия Горжалнац

ЦИТАТА: Свое презрение к людям те, кто считают себя «генетическими интеллектуалами», прикрывают снисходительной заботой, которую выражают во всем известной либеральной мантре: «Почему вы считаете, что им вообще нужно развитие? А вы у них спросили? А может, они хотят, чтобы их оставили в покое, с их пивом и телевизором?».

О коммунизме и марксизме 7 - Сергей Кургинян

ЦИТАТА: Короче говоря, когда Маркс говорит о том, что только обладая способностью воздействовать на общество, можно это самое общество хотя бы понимать, он ничего крамольного, по сути, не говорит. Он только говорит, что физик должен обладать способностью воздействовать на неживую материю, биолог — на живую и так далее. И что тот, кто хочет понять общественные процессы, должен быть состоятелен в плане хотя бы потенциального воздействия на общество. Иначе он процессы даже понять не может. Потому что будет закомплексован этой самой неспособностью на изучаемые им процессы воздействовать. А кто может быть состоятельным в плане воздействия на общество? Ведь не индивидуум же, правда?

Хлебников, Велимир, будетлянин

пример свободного труда: исследование планирования

Оригинал взят у schriftsteller в post

Поскольку многие не понимают разницы между работой по найму и свободным трудом, то надо привести примеры этого самого свободного труда. Начну с себя.

Такого рода трудом я стал заниматься давно, много лет назад. Все исследование истории советской индустриализации было сделано именно в порядке этого самого свободного труда, поскольку для меня важность и необходимость этого была совершенно очевидна с первых дней работы над этой темой. Труд этот был весьма напряженным и изнурительным. Потом было продолжение в виде книги "Создатели будущего" об истории советского довоенного планирования. Чтобы ее написать, пришлось где-то два года регулярно ходить в библиотеку и прочитать гору разнообразных материалов. Эти исследования я сделал по своему выбору, по внутреннему побуждению, что детальное изучение советского опыта имеет исключительное значение.

Теперь исследования продолжаются сразу по двум проектам. Первый - история социалистического хозяйства ГДР. Второй - история хозяйственного планирования в мире, история "планового прилива" 1940-1970-х годов, которая сейчас полностью замалчивается.

Эти исследования сложнее, чем история советской индустриализации. Здесь также требуется прочитать несколько сотен книг и публикаций. Для истории хозяйства ГДР - преимущественно на немецком. Для истории мирового планирования - на десятке разных языков: английском, немецком, французском, испанском, и других. Это будет тоже весьма изнурительный труд.

Эти исследования надо сделать, как для изучения и обобщения хозяйственного и планового опыта социалистических стран, так и для того, чтобы сокрушить либеральную идеологию. Тема планирования для них очень опасна, недаром они в своих работах не упоминают, что было такое. Даже в цитадели мирового капитализма: США, Великобритании и Франции. Это была жестокая глобальная борьба за методы дальнейшего экономического развития. Мир в 1960-е годы стоял в полушаге о перехода на плановое хозяйство в той или иной ее разновидности. Вот об этом я веду исследования. Книги потом будут выставлены для всеобщего пользования, как и книга "Созидатели будущего".

Collapse )

Сталин, Филонов

книжники

я знаю, что во мне тоже живёт "лишний мужчина" — прижился, поскольку не слишком мешал, и даже помогал с интересом лишних мужчин изучать и понимать, имея модель у себя на борту; однако как этой осенью дело дошло до Дела, моего "лишнего мужчину" стало зажимать в угол, он стал огрызаться очень рельефно; например, удивительное произошло после написания первого стихотворения "учительской лирики": как только стихотворение, отточено выразившее душевную боль моей лучшей части, было запечатлено на бумаге, у меня обнаружилась неодолимая жажда его перечитывать и странная неспособность его запомнить или произнести по памяти! стих воспринимался мною как текст невероятной сложности, вместе с тем вызывая "наркотическую" тягу перечитывать — вокруг него разыгралась какая-то подсознательная война, поглотившая моё внимание; так я понял, что неустойчивая часть меня очень точно запечатлела себя на внешнем носителе, после чего стала жадно набивать голову этим образом, чтобы укрепиться и победить другую часть меня, которая стала доступ к этому артефакту также неистово блокировать (этот стих, по сути, молитва); история со стихом, пожалуй, самая рельефная, но я их про себя знаю много; например, как подключил suz-dal.net, так ближайшую же ночь было не уснуть, отчего следующий день, когда можно было сайты заполнять, весь прошёл в неадеквате — что это как ни самосаботаж? когда Машина-для-Захвата-Мира собрана и готова ехать... и есть во мне структура, принципиально не связанная с недомоганиями или прежними потрясениями, а чисто логическая (что доказывает тот же пример со стихом), которая падёт самой первой жертвой этой "езды" — причём, она слаба, не имеет власти над моей личностью, может только притормаживать процесс, и предположительно маскируется под "изучение лишних мужчин" как бы для расправы над ними, но на самом деле под "вечное изучение с откладыванием самой расправы"; откладывать всё сложнее, "процесс-то сходящийся"

я неоднократно прощался с Кургиняном, Просвирниным, Яровратом и прочим Sports.ru/football, переосмыслял их и так, и эдак, то бросал читать-смотреть, то снова через время начинал, и вот на очередном витке сближения, когда уже всё-всё-всё ясно, и дальнейший интерес некими познавательными соображениями не оправдаешь, тут что-то личное, обнаруживаю такую красоту (переходить по ссылкам не обязательно):

  • вот превозносит бесценность культуры советист Кургинян
  • вот превозносит бесценность культуры националист Просвирнин

проще говоря, "у нас есть Достоевский и Мандельштам, и с ними мы Сила!" — при этом политическое целеполагание у Кургиняна и Просвирнина как бы диаметрально противоположное: Кургинян как бы интернационалист (и лекция посвящена Гёте), но при этом патриот-антизападник, а Просвирнин как бы националист (и ратует упиваться только русской культурой), но при этом радикальный западник (считающий, что каждый русский националист должен в совершенстве владеть английским языком, например); и вообще мне думается, что Кургинян-то по натуре именно националист (специфический "советский националист"), а Просвирнин по натуре именно интернационалист (специфический "иностранный русский"), и они оба мучительно втискивают неподходящие объекты в рамки свойского чувства... что именно такие противоречивые люди стали наиболее быстро растущими политическими вождями последних лет, по-видимому, характеризует состояние последователей, но я же не об этом...

они книжники! в моём понимании первичны климат, рельеф,,, ну, их производное — раса, народ,,, а технологии меняются: пошло в 19-м веке книгоиздательство? ну, кто-то из русских занялся и выделился даже на мировом уровне, способный народ; завезли балет? освоили балет неплохо; вымрет в 21-м веке вся письменная литература с балетом в придачу (как сошли же на нет берестяные тексты) — в новых жанрах выделятся новые гении, которые не оставят свой народ без качественных произведений (какой ужас, мы утратили "берестяного Пушкина" и "берестяного Чехова"! как мы выжили-то без них?); на самом деле, ценность культуры легко понять на примере другой моей лишне-мужчинской слабости — футбола: разве гол-шедевр в важнейшем финале ни есть искусство редчайших мастеров? но на примере футбола ясно, насколько оно мимолётно и малозначимо для судеб человечества! Лев Толстой всего лишь "Лео Месси от литературы", забивает до 50 искуснейших томов за сезон; к слову в педерастической Древней Греции вы не отличите фанатов философии-литературы-театра от фанатов спорта — это были одни и те же праздношатающиеся, а ещё они любили воевать с такими же из соседнего полиса

есть устойчивое выражение "наука и искусство", есть — "наука и техника", ещё я иногда говорю "учёные и изобретатели" (открытия и изобретения обобщаются понятием "трактование"), хотя точнее всего "познание и творение": если познание однозначно "наука", то творение неоднозначно, хотя "искусство" и "техника" изначально синонимы — в обществе явно существуют два разных понимания творения: одним на ум придёт изобретатель, другим — художник (великие художники, как правило, изобретатели новых средств отображения образов, я не про них), и вот это второе понимание, по-видимому, неверно

опять обратимся к наглядному примеру футбола: в чём творчество Криштиану Роналду? он принимает свежие решения на поле и способен их воплотить — это можно не называть творчеством, а называть просто хорошей работой; например, наш великий вратарь Лев Яшин придумал начинать атаки вбрасыванием мяча с руки и ещё ряд приёмов вратарской игры, которые после него стали общемировым стандартом профессии — в этом он изобретатель, а в изящной, неожиданной игре в каких-то эпизодах он просто вот такой хороший исполнитель; регулярное принятие новых, не повторяющихся решений (типа, "я положу мазок по-своему") — это не творчество

нельзя считать "создание контента" творчеством, контент — это набивка: у подушек она имеет одну структуру, у книг — другую, у кинофильмов — третью; у хороших мастеров подушки особо удобны для отдыха шеи, у хороших мастеров книги особо удобны для возбуждения фантазий — это нужная, хорошо сделанная работа, но не творчество; давайте сравним: организму бывает важно выспаться на удобной, качественно набитой кровати, и также мозгу бывает важно "выспаться" на удобном, качественно набитом кинофильме — и то, и другое освежит человека, каждое по-своему, но это не соприкосновение с творчеством; при этом мы признательны режиссёрам хороших фильмов, но забываем производителей хороших подушек, хотя это тоже самое; женщины любят мягкую перину под бока и "мягкую" книгу или "мягкий" фильм — в голову

мне кажется, вот тут я схватил то Последнее, что всё ещё отделяет меня от устойчивой боеспособности: во мне остаётся "культурный человек", хотя у мужественного мужчины культуры быть не должно, во все века он должен оставаться одинаковым "варваром", совершенствующимся только сообразно орудиям; мужчины же, захватываемые и увлекаемые культурой, — "пена истории", прискорбная и неважная

Кургинян презрительно бросает о Хлебникове "это игра в слова", Просвирнин отзывался о моих стихах как об очень плохих — в то время как Хлебников не был художником, а синтезировал и отлаживал в произведениях новый язык для осуществления своих политических (!) программ, а я пишу стихи, специально оставляя форму небрежной, чтобы они были именно "зарифмованными для простоты разучивания мыслями", применяю рифму по прямому назначению — помогать запомнить полезный текст наизусть (а не для экстатических переживаний); очевидно, что ни я, ни Хлебников к человеческой культуре не принадлежим — на то мы и будетляне

вот ещё одно доказательство, что лишние люди бегают друг за другом: независимо от идеологий одинаково считают культуру самым главным и потому при любом раскладе не будут нас даже замечать! полным идиотом являюсь я — ни то, что читающий — замечающий их; как говорил мой Учитель: "вы думаете, что они думают" и предлагал не судить обо всех людях по себе... а там идут те же процессы, что нагляднее всего видны у футбольных фанатов, и это не мышление в разумном и творческом смысле